Семейный терапевт Дана Макнил заметила, что клиенты всё чаще приходят на приём с готовыми объяснениями поведения партнёра, фразами для разговора и уверенностью, что именно партнёр является источником трудностей. Разговор с ChatGPT оставляет у них ощущение ясности, при этом точность выводов не растёт. Для отношений это важно, потому что правота одного не создаёт взаимопонимания между двумя.
Автор материала признаётся, что сама пользуется ChatGPT для упорядочивания мыслей, поиска других точек зрения и проверки собственных допущений. Она интересуется книгами, фильмами и подкастами, которые используют клиенты, иногда изучает эти материалы и обсуждает сделанные выводы. Одна клиентка рассказала, что настроила ChatGPT так, чтобы ответы звучали как реплики терапевта, и специалисту это показалось признаком доверия. По её мнению, осуждение или обесценивание такого опыта приводит к тому, что люди перестают о нём рассказывать. Принимать разговор об использовании нейросети не означает соглашаться с каждым выводом, который она выдала.
В материале описан случай, когда женщина заподозрила партнёра в неполной честности, пересказала переписку и события ChatGPT и получила подтверждение идеи о постепенном признании правды малыми частями, которое называют trickle truthing. С этим выводом она пришла на терапию, уверенная, что инструмент точно назвал происходящее. Автор подчёркивает, что тревога женщины может иметь основания и возможную нечестность стоит обсуждать. При этом нейросеть получила только её версию событий, пропущенную через эмоции, воспоминания и допущения, и не слышала второго партнёра. Подтверждение субъективных переживаний человека не равно подтверждению правильности каждого его вывода о мотивах другого.
Другой пример касается пары, где один из партнёров хотел чаще слышать слова признательности. Вторая партнёрша отнеслась к просьбе серьёзно, составила список фраз с благодарностью, сохранила его в телефоне и зачитывала вслух. Она старалась помнить о договорённости и делала то, что поняла из просьбы. Однако партнёр не почувствовал, что его видят и ценят, слова прозвучали как выполненное задание, а не как эмоциональный отклик. В ответ прозвучало недоумение, что фразы ведь произносятся и даже записаны. Дальше пара вернулась к знакомому сценарию, он закрылся из-за отсутствия контакта, она стала защищаться, потому что усилия остались незамеченными, и никто не понял переживаний другого.
На приёме терапевт следит не только за словами, но и за взглядом, позой, изменением тона и моментами тишины. Она обращает внимание на признаки эмоционального перегруза, который в подходе Готтмана называют flooding, на незамеченные попытки сблизиться, которые называют bids for connection, на разрушительные приёмы общения из числа Four Horsemen и на упущенные возможности для восстановления контакта. Эти наблюдения становятся поводом для вопросов, например что происходило, когда человек отвёл взгляд во время слов признательности, или что партнёрша подумала о наступившем молчании. Предметом работы становится не правильность выполненного задания, а причина, по которой старание не привело к близости. Замедление разговора помогает заметить защитную реакцию, потренировать мягкое начало трудной темы, которое называют softened startup, и оставить место для repair, то есть шагов к примирению.
Отдельная тенденция связана с загрузкой переписки в нейросеть с вопросами о скрытом смысле сообщений, манипуляции или о том, кто был неправ. Автор напоминает, что в тексте теряется много информации, и короткое «хорошо» может означать согласие, усталость, раздражение или желание закончить разговор. Нейросеть способна предложить возможные трактовки, но не может самостоятельно установить намерение автора сообщения. Иногда полезнее спросить, не лучше ли обсудить это напрямую с партнёром. Письменное общение помогает некоторым людям сохранять саморегуляцию, а при угрозе безопасности прямой разговор может быть неуместным. Вопрос в том, используется ли технология для понимания или для ухода от уязвимости живого разговора.
Автор не предлагает отказываться от ChatGPT, а предлагает менять формулировки запросов и относиться к ответам как к версиям для обсуждения, а не как к приговору. Вместо просьбы объяснить, почему партнёр манипулирует, она предлагает спрашивать, какие допущения содержатся в описании ситуации, какие есть другие объяснения, как собственная защитная реакция влияет на восприятие и что спросить у партнёра для прояснения его опыта. Ни одна формулировка не гарантирует точного ответа, поскольку система может быть излишне соглашающейся, упускать контекст и звучать увереннее, чем позволяют данные. Перед передачей личной информации и чужих сообщений платформе стоит подумать о конфиденциальности. Если речь идёт о насилии, принуждении или безопасности, на первом месте должна быть профессиональная оценка специалиста, а не общие советы по общению.
Другие новости
ProxySX — ИИ-ассистент корпоративного уровня для защиты от манипуляций в отношениях.
Активировать ProxySX🔒 AES-256 · Zero-knowledge · 100% анонимно